Анна Сафонова
– 57 –
«Сколько ты мне ещё всего расскажешь, – воображала в это
время про себя возмутительница бумажного спокойствия, – вот
только бы твой хозяин опять не сказал: “Никогда”. Забавно это
у него получается. Теперь, выходит, мне ещё и тебя слушаться».
Фолиант воцарился на прежнем месте. В углу, на второй пол-
ке, над всей этой премудростью ехидно посмеивался Тоболяк:
«Хорошо сказал!»
Как-то мы с ним летели до Москвы. Его жёлтая (цвет такой по-
добрали) истрёпанная и чем-то залитая обложка (ну, думаю, не-
трудно догадаться, чем может быть залита обложка книги Тоболяка)
топорщилась, грозя рассыпаться прямо в руках, так что пришлось
приглаживать ее мягкие углы. Мы пытались общаться. Он совсем
заморочил мне голову, и я чуть не пропустила великолепное зрели-
ще спящего Севера. Из иллюминатора он выглядел как кружевная
скатерть: завитушки-бантики. Я несколько дней не могла выспать-
ся (синдром командированного) и старалась сделать это сейчас. На
часах – время сахалинское. Из принципа. До Москвы – ещё три
часа. Три часа я могла жить в нашем общем времени. А потом – са-
мый длинный день в моей жизни, продлившийся 31 час.
Крутили какой-то фильм, а мы с Тоболяком писали письма:
он – туда, я – обратно. За окном (холодное слово – иллюми-
натор) – бантики-ленточки. Приелось. В салоне тихий час.
Народу мало, так что каждому досталось по три чистеньких си-
неньких кресла. Можно было вытянуться и подремать. Никто
не смотрел через плечо, не дышал в затылок. Только несносный
Тоболяк ворчал в ногах, шелестя страницами. Неужели ревно-
вал? На его век наверняка хватило приключений, так что лучше
прикусил бы язык.
Но он щербато улыбался с фотографии, оценивающе разгля-
дывая спутницу. «Что, не нравлюсь? – думала она. – Или всё-
таки ничего?» «А какая теперь разница», – махнул Тоболяк рукой
и задвинулся поглубже в кресло. Хорошо это или нет, что мы так
и не познакомились… А может быть, я все же вскружила б тебе
голову. После твоего романа теперь в жизни никак не получается
остановиться. Как будто безразлично – с кем, где и как. Так нет
же, для тебя это принципиальные вопросы. Ты – эгоист. Драз-
нишь, задираешь, хлещешься направо и налево. Ты что, подгляды-
вал за нами? Или ты делаешь это теперь?




