52 / 314
Современная проза Сахалина
– 52 –
зину, поставив в заслугу введение буквы «Ё», в трезвости отка-
зывала. Стилистику разобрала на алгоритмы и схемы. Нейтраль-
ные, устаревшие, разговорные, неологизмы, поэтизмы… Слова
демонстрировали лексическую окраску, дефилируя перед нашим
носом. И уже от зубов отскакивало: просторечное, специальное,
профессионализм… Тра-та-та-та-та, как из пулемёта. Отстре-
лялся, молодец, получай зачёт. А ты чего замешкалась, голубуш-
ка? Тык-мык… Вон, доучивать!
Дию поджидали на перекуре. Завидев её пошатывающуюся
фигуру, мчались в аудиторию, хватали манатки и сваливали. Дия в
ноль. Не поздоровится. Ни Карамзину, ни галёрке. Утро стрелец-
кой казни лучше уж прогулять.
Я её тоже сначала побаивалась. Как зарядили с первого кур-
са – «ужас, ужас!», поневоле поверишь. Народ рыдал, забирая
документы, летели в тартарары и жизнь и карьера, а ей хоть бы
хны. На пятом курсе гроза филфака, наконец, предстала во всей
красе, и я успокоилась – Фрёкен Бок. Собственной персоной.
Чуть визгливая, правда. В душе я ей улыбалась.
Как-то она меня в дверях придержала: «Я читала вашу заметку
в “Советском Сахалине”. Очень хорошо». Вот тебе на! Я растеря-
лась. Стоит, кивает: «Я давно за вами слежу». «Спасибо…» – по-
жала плечами и вышла.
Жанка, староста, прибежала в тот же день, как экзамен про-
валила. Румяная, колючая с мороза.
– Чего не сдала-то? – недоумеваю.
– Билет дурной попался, тринадцатый. Первый вопрос про
формирование «высокого штиля», второй про Крылова. Она ж
про него не читала ни фига, только на консультации заикнулась.
– Ясно…
– Ты давай выздоравливай, с «бэшками» сдавать пойдём! – не
унывает Жанка.
– Думаешь, пустит?
– Еще б не пустила! Я про тебя заикнулась, только рукой мах-
нула: сдаст, говорит, твоя, не волнуйся.
Лежу, листаю тетрадку. Буквы знакомые проглядываю…