28 / 314
Современная проза Сахалина
– 28 –
чил. Получил аттестат и уехал в Москву поступать. А она застря-
ла. Даже развод с места не согнал.
– Ба, проверь биологию, – Димка сунул тетрадь и забубнил: –
один а, два гэ, три а, четыре вэ…
– Эй! Что такое? – изумилась Елена Васильевна.
– Контрольная завтра. Марьяша сказала: кто не выучит, пара в
четверти. К нам тупо придет завуч и будет следить. Пять а, шесть бэ…
Елена Васильевна села, пригорюнилась. Оля говорила по
телефону, забытый телевизор уговаривал купить зубную па-
сту, Димка бормотал «пятнадцать гэ, шестнадцать а», за окном
вздыхал город.
А может, навсегда
Ты друга потеряешь,
Ещё один звонок,
И уезжаю я…
Серёжа отнесся к материному закидону снисходительно.
– Ма, захотелось проветриться, так скажи. На кой тебе эта
дыра? У Димки каникулы скоро, давай я вас в Таиланд зашлю. Или
в Египет. Куда скажешь, туда и зашлю.
– Не хочу в Таиланд, – заупрямилась Елена Васильевна. –
Завтра за билетами пойду.
– Сам куплю. Туда и обратно. Паспорт давай. Мёдом тебе там
намазали, что ли?
– Мёдом, – засмеялась Елена Васильевна.
Утром сбегала в парикмахерскую, сделала модельную стриж-
ку и покрасилась в золотисто-каштановый цвет, натуральный. То
есть бывший натуральный. Помолодела со страшной силой. Прав-
да, веснушки сильнее проступили. Раньше они блёклыми были.
Вернулась домой, напекла, наварила, нажарила, чтобы с голо-
ду не померли. Нервничала: почему Серёжа до сих пор билеты не
купил, тянет до сахалинской ночи.
Пришлось звонить утром. Уже и сумка раздулась, у порога
ждала.
– Сегодня вылетаю! Буду за вами ухаживать! Борща наварю!
– Зачем вы себя утруждаете, деточка? – спросила Людмила
Алексеевна. – Не надо за мной ухаживать, я сама потихоньку.
– Так ведь билет… – поникла «деточка». Людмила Алексеевна
была на семь лет старше. Сколько же ей? Семьдесят девять, не
молоденькая после операции скакать.