Ирина Левитес
– 27 –
ла новую курточку, стягивала поясок на талии. Елена Васильевна
одобрила. Не из подхалимажа. Не ради предстоящей поездки. А
по-честному. Похвалила цвет (травяной, в тон глазам). Похвалила
фасон (на Олиной фигурке что угодно сгодится).
–Шик-блеск-красота. Ужинать садись. Котлет нажарила.
– Не-а, не голодная. Я в ресторане была, готовилась к приёму
партнеров. Очень важный контракт намечается. Меня не полнит?
–Куда там ещё полнить? Одни косточки с этой работой остались.
– И вот, – успокоилась Оля, – мы поехали проверять ресто-
ран. Ну, в смысле, пойдёт для встречи или так. Чтобы не краснеть
потом. Заказали кофе с пирожными. Ой, сзади морщит.
– Встань ровно. Ничего не морщит.
– Ладно. Значит, заказали кофе, а сами смотрим, как обслу-
живают. Сервировку там, то, сё. Нет! Пуговицы надо другие. Эти
сюда как корове седло. Короче: провинция. Надо другой ресторан
срочно искать, а то нас партнеры не поймут. Главное – себя по-
зиционировать.
– Полностью с тобой согласна, – обрадовалась Елена Васи-
льевна упомянутому позиционированию, с которого можно перей-
ти к животрепещущей теме. – Насчет правильной позиции. Точ-
нее, её смены.
Запутавшись в позициях, достала письмо из кармана и вслух
зачитала наиболее трогательные выдержки. Поглядывала поверх
очков, чтобы проверить впечатление.
– Поеду, – подвела итог.
– Ничего себе, ближний свет.
– Как ты не понимаешь? У неё никого нет, совершенно оди-
нокий человек. Ни в магазин сходить, ни сготовить. Такая опера-
ция – подумать страшно.
– Признайтесь честно, – нахмурила бровки Оля, – вам у нас
скучно. Лучше бы в Донецк прокатились, развеялись.
Ещё не хватало. Родни в Донецке полгорода, не считая сёл
в округе. Всё лето разговоры разговаривала, кладбища обо-
шла, могилкам поклонилась. Хоть и родина, но чего ездить взад-
вперед? Сахалин – другое дело. Засел занозой, не отпускает,
хотя попала туда не молоденькой. Намоталась с мужем, военным
врачом, по всяким Хабаровскам, Дрезденам, Новосибирскам.
Ещё спасибо, на точки не посылали – госпитали только в горо-
дах. Серёжка в Германии родился, а школу на Сахалине закон-




