Владимир Семенчик
– 89 –
Я перевёл ей тысячу баксов и написал: «Не люблю, когда врут.
Но если ты не врёшь, этих денег хватит, чтобы избавиться от про-
блемы в самой хорошей клинике».
Она не ответила и больше ни разу не написала. Значит, поняла
всё правильно.
* * *
– Всё несколько странно, Николай Эрнестович, вы не находи-
те? Белов давно должен пойти на поправку, ему по всем показани-
ям пора хотя бы до туалета прогуливаться, а он у вас лежит, как
Илья Муромец на печи… И такое впечатление, что не выздоравли-
вает, а чахнет, вам не кажется?
Эта задумчивая тирада заставила хирурга яростно вскочить из-
за стола. Бумаги, которые он заполнял, посыпались на пол.
– А почему вы говорите так, будто здесь исключительно моя
вина? – ядовито начал он. – Да, я прекрасно вижу, многоува-
жаемый Евгений Петрович, что пациент в угнетённом состоя-
нии, но, прошу заметить – не в физическом, а именно в пси-
хическом плане. Обследования недельной давности показали,
что все переломы у него отлично срослись, даже позвоночник в
относительном порядке. Ему действительно можно, более того,
нужно и ходить, и восстанавливать другие двигательные функ-
ции. Проблема только в одном: он не хочет!!! Целыми днями
только и делает, что листает свою телефонную книжку, о чём-то
думает или спит. По-моему, это вы мне должны объяснить, по-
чему у него утрачена воля к жизни.
Психотерапевт открыл рот, чтобы дать достойный ответ, но не
успел: за его спиной случился стеклянный взрыв. Врачи оберну-
лись: в дверном проёме стояла медсестра Варя, растерянно глядя
на колбу, рассыпавшуюся по полу сотнями крохотных осколков.
– Варенька, разве вас мама не учила, что подслушивать нехо-
рошо? – мягко спросил хирург.
– Простите, я нечаянно, – жалобно сказала Варя. – Я сейчас
всё подмету, я мигом!
Она умчалась за веником. Хирург повернулся к коллеге и же-
стом показал: я готов выслушать ваши жалкие контраргументы.
– Ох, и любите вы громкие слова, Николай Эрнестович, – по-
качал головой психотерапевт, изобразив одну из профессиональ-




