76 / 314
Современная проза Сахалина
– 76 –
Судите сами, Николай Эрнестович: рефлексы у пациента в пре-
делах нормы, речевая функция не нарушена, он знает об окру-
жающем мире всё, что и положено знать человеку его возрас-
та… Но не помнит абсолютно ничего о собственном прошлом!
Как вы это объясните?
– Это не моя вахта, уважаемый Евгений Петрович, – отозвал-
ся знакомый басок хирурга. – Я своё дело сделал. Всё, что было
возможно, скроил, зашил и даже заштопал. Кости срастутся, ожо-
ги зарубцуются. Если он захочет полностью восстановить прежнее
лицо, направлю к пластическому хирургу. А вот мозги ему вправ-
лять – увольте, не обучен. Это ваша забота, как психотерапевта.
– Но хотя бы мнение какое-то вы имеете?
– Ну, разве что самое дилетантское. Мне кажется, дело в том,
что пациент несколько раз сильно ударился головой. Первый раз –
когда разбил ею лобовое стекло. Потом, когда выпал из машины
и катился по склону, тоже были промежуточные удары разной
силы– о деревья, о камни. Ну, а когда он грохнулся с обрыва рядом
с горящей машиной, вообще поразительно, что не сломал шею.
– И вы полагаете…
– Да, по всей вероятности, повредился какой-то участок го-
ловного мозга. Какая-то важная извилина от болевого шока про-
сто отключилась.
– Что ж, другой версии от вас я и не ожидал, – снисходитель-
но отреагировал баритон. – Могу возразить, что в науке описано
множество случаев, когда люди теряли память вовсе не вследствие
удара головой… Кстати, когда вы разрешите ему вставать?
– Думаю, месяца три-четыре ещё поваляется. Посмотрим, как
будет вести себя трещина в позвонке. А вы когда им займётесь?
– Как только психическое состояние стабилизируется. Пока
он по ночам просыпается и кричит, нельзя делать никаких резких
движений. Помните главную нашу заповедь: не навреди.
«Врёшь, не кричу я по ночам!», – едва не ляпнул Белов, но во-
время прикусил язык. А вдруг они ещё что-нибудь секретное скажут?
Но врачи ушли, и через минуту Белов уже обзывал себя крети-
ном за то, что их не окликнул – мочевой пузырь угрожал немед-
ленно дать течь.
А потом, когда догадливая Варя уносила утку, так по-детски
пахнущую тёплой мочой, Белов растерянно подумал, что врачи
ведь правы: он и в самом деле ничегошеньки не может вспомнить