43 / 314
Дмитрий Пшекарский
– 43 –
что с ними были, охранники в тёмных уголках окучивали, ме-е-
е-е, – он глубоко вздохнул и обхватил голову руками. – Какой
же сволочью я был!
Он начал левым копытом ковырять землю под собой.
– Слушай, Игорь, – он посмотрел на меня. – Какое сейчас
число?
Я на секунду задумался:
– Третье октября.
– А год?
Я удивился:
– Две тысячи сто пятнадцатый.
Рогатый грустно улыбнулся:
– Через месяц ровно сто лет, ме-е-е-е, как я стал таким.
Столько раз за свою молодую жизнь я слышал в спину «Козёл!»,
что, проснувшись однажды, ме-е-е-е, и вправду стал козлом, – по
его щекам текли слёзы. – Тогда я убежал в лес. Пару раз пытал-
ся сунуться домой, рассказать обо всём отцу, ме-е-е-е, но охрана,
только завидев меня, в панике открывала огонь.
Он показал мне свои копыта:
– А написать записку я, как видишь, уже не мог. Попробовал
связаться со своими дружками, но они, ме-е-е-е, так меня изби-
ли, что я еле ползал. Оказывается, без денег и связей я всю свою
жизнь был всего лишь козлом! – он замолчал.
– Давай ещё налью! – через минуту рогатый кивнул на мою
опустевшую кружку.
– Давай!
– Понравилось, значит, ме-е-е-е, – он грустно, но как-то по-
доброму улыбнулся.
– Ага!
В кружке забулькало.
– Держи! Это я ещё лет пятьдесят назад научился готовить.
А уж какое жаркое из диких уток делать умею! Пальчики, ме-е-
е-е, оближешь! – он обнажил в улыбке белые зубы. Поймав мой
взгляд, ухмыльнулся:
– А что? Я за гигиеной слежу! Тем более, неизвестно,
сколько я буду жить. А зубы, ме-е-е-е, дело такое – выпадут,
не поймаешь!
Через две недели выпал первый снег. Выпал и тут же рас-
таял. Мы с рогатым за это время очень сдружились. Я покупал
ему зубную пасту и мыло. Он же научил меня готовить дичь.