267 / 324
С В Я Т А Я ПР ОС ТОТ А
267
кий – вылитый китайчик. Он сам себя посвятил в ученики
мастера Кунг Фу и освоил стойку «крадущийся тигр».
Встретились как-то раз им с Шоховым угрюмые пацаны с
нехорошими намерениями. Генка сразу – х-ха! – «тигра», и
пока у тех оторопь не прошла, непосвящённый Шохов наве-
шал по-простому: кому – в ухо, кому – в нос.
Позже Генка своей компании заливал, как он этих хмырей
на «кия-я-я!» взял. Да ещё с такими комментариями, что вся
толпа от хохота валялась. И Шохов тоже.
Знали, конечно, что Генка врёт. Ну и что? Зато весело. Вот
Тамарка и досмеялась, расслабилась… Погладила Генку по
плечу ласково:
– Ну, ты, Генк, даёшь!..
Девчонки от Генки как от кавалера, понятно, сторонились.
Посмеяться, поприкалываться – это пожалуйста, но лишний раз
к нему интереса не проявляли: «Ещё привяжется, не дай Бог!»
А он, действительно, хитрый, тут же Тамаркину ручку –
хап! Прилепился к ней как клещ – не оторвёшь, к тому же
девчонка симпатичная, многие пацаны на неё тайно погляды-
вали. Оккупировал Тамарку плотно: из школы – вместе, во
дворе – вместе, никого не подпускал. И болтал, болтал.
Ничто не могло его остановить. Кроме ямки на дороге… Была
у Генки особенность: оступался в одной и той же колдобинке.
Десять лет в школу отходил этим маршрутом, даже нарочно
запоминал место, но в последний момент обязательно забы-
вался и – бац! Тамара хохотала: «Какой же ты прикольный!»
И всё больше привязывалась к нему.
Теперь уже Тамаркина мать растерянно отбивалась от
соседских намёков:
– Не всерьёз у них! Ему ещё в армию идти, за это время
чего только не случится!