175 / 314
Любовь Безбах
– 175 –
Пришлось возвращаться домой ни с чем и пересказывать вести
Турешмат. Девушка слушала и согласно кивала головой, словно
ожидала услышать именно это. В глаза она не смотрела, и Шима
безуспешно пытался поймать её взгляд.
– Ты так сильно хочешь вернуться в свой утар?
– Мне больше некуда идти.
– Твои родные когда-нибудь отыщутся. Я ухожу в экспедицию,
живи у меня по-прежнему. Честно говоря, меня сильно беспокоит,
что тебя придётся оставить одну. Если бы ты имела гражданство,
всё было бы гораздо проще.
– Мне никто не даст гражданство, – безучастно ответила Ту-
решмат.
– Почему же? Всё не так безнадежно. Если ты обратишься с
просьбой о гражданстве, тебе наверняка откажут. Но если зару-
читься поддержкой японца, то шансы есть.
– Шима, зачем мне гражданство? Меня больше заботит, что
ты надолго уедешь, а я буду несколько месяцев без тебя.
– А знаешь, что заботит меня? Что я вернусь, а тебя нет. Что
ты меня не дождёшься. Узнаешь, где твой утар или любой другой,
и уйдёшь. Ты меня дождёшься, Турешмат?
«Дождётся, дождётся, дождётся!» – торопливо шелестел ве-
сенний дождь, хлынувший вдруг и накрывший беспокойный город.
* * *
Шум дождя, всегда усыпляющий ночью, сейчас не давал за-
снуть. Хаттори Кичиро ворочался, зябнул в холодной постели,
злился на непрошеную бессонницу. Дождь застал его вечером,
когда Хаттори, возвращаясь из магазина, уже подходил к дому.
Первые капли прошуршали по саду, словно кто-то пробежал за
спиной, потом на мгновенье стихло, и тогда торговцу в сумеречных
голых кустарниках померещился Сирикоро, пригнувшийся, будто
тигр перед прыжком. Тут обрушился ливень и скрыл кусты, и Хат-
тори, втянув голову в плечи, побежал к дверям.
Он, как обычно, заснул сразу, как только лёг, и приснилась
ему Турешмат. Обнажённая айнка, заливисто хохоча, убегала от
него по высокой траве, маня зазывным взглядом и ускользая из
жадных рук. Нечёсаные волосы метались по спине, словно грива
необъезженной лошади. Ноги Хаттори путались в траве. «Про-