249 / 324
С В Я Т А Я ПР ОС ТОТ А
249
Иван Петрович Недостоев глазел по сторонам, но взор
его был направлен внутрь него самого. Он видел и не видел
одновременно. Он видел пляжи, коктейли, яхты, улыбаю-
щиеся, радостные, добрые лица, полированные бока авто-
мобиля и себя в нём. Он видел мечты, даже не свои, а
чужие, но ставшие непонятным образом родными и близки-
ми. И не видел часов на стене, приставшей к холёным чёр-
ным брюкам менеджера предательской белой нитки и соб-
ственных ботинок.
Но Иван Петрович знал, зачем он сюда пришёл.
– Скажите, как можно заработать на «мерседес»?
Менеджер улыбнулся.
– Нужно убить человека…
Пляжи, коктейли и добрые лица завизжали все разом,
похлеще иных тормозов, и, цепляясь за ткани одежд Ивана
Петровича, понеслись куда-то вниз, уходя всё глубже и глуб-
же, бесконечно искажая свои очертания, а Недостоев нёсся
ввысь до тех пор, пока не вынырнул в окружающую его реаль-
ность. Слесарь глубоко вздохнул. Тикали часы. Белела нитка.
Перетаптывались ботинки.
– Какого человека?
– Такого же, как вы…
Хотелось что-то спросить про шутку, но менеджер выглядел
так доброжелательно и уверенно, что Недостоев спросил другое:
– Я пойду?
– Идите…
* * *
Иван Петрович Недостоев шагал по квартире и не нахо-
дил себе места. «Вон оно как! Вон оно значит как! Эээ!» –
безостановочно вертелось в голове Недостоева, пока его